Профессору Кудрину Ивану Сергеевичу — одному из организаторов Тверской медицинской академии, общественному деятелю и нейрохирургу военной поры — в начале декабря [1996 года] исполнилось бы 90 лет. В жизни города он оставил заметный след в учениках, книгах, лекциях, картинах.


Источник: «Он вписал свою строку в историю нашего города» (декабрь 1996 года), Юрий и Сергей Дрожжины.


Иван Сергеевич родился в 1906 году в семье председателя Санкт-Петербургского окружного суда. Жизнь направила его по стопам деда — Владимира Сергеевича Кудрина, сподвижника Н.И. Пирогова, морского врача, прослужившего на флоте 54 года, из них половину срока в должности главного медицинского инспектора, лейб-хирурга Двора и кавалера 23 российских и иностранных орденов.

Земные пути деда и внука практически разошлись, но сработала, видимо, столь чтимая на Руси духовная связь поколений. В медицину их обоих привело высокое чувство долга и сострадания к страждущим. Война послужила толчком к этому шагу. В 1854 году 20-летний врач-доброволец В.C. Кудрин спешит в Севастополь и все 11 месяцев обороны проводит на позициях, в операционных и перевязочных. Спустя десятилетия его внук будет оперировать в блокадном Ленинграде. Решение стать врачом пришлом к 12-летнему подростку мгновенно и бесповоротно: он увидел кадры фильма, где жестко разбомбили с воздуха беззащитный госпиталь.

Медицинский факультет Смоленского университета И.С. Кудрин окончил в 1929 году. Дворянские корни не позволили стать кадровым военным медиком, и он служил в Красной Армии в качестве добровольца.

После армии работал хирургом участковой больницы, заведовал отделением в Ленинградском психоневрологическом институте им. В.М. Бехтерева, совмещая эту работу с педагогической деятельностью на кафедре анатомии Второго Ленинградского медицинского института. В 1938 году защитил кандидатскую диссертацию и едва не свернул с намеченного пути: приглашали работать в цирке в качестве верховного наездника.

Войны оставили глубокие рубцы в его судьбе. Гражданскую он пережил подростком. Во время финской он развертывает в Ленинграде госпиталь, руководит его работой, беспрестанно оперирует. От непосильной нагрузки заболевает туберкулезом, но справляется с болезнью.

С первых дней Великой Отечественной войны его назначают старшим хирургом оперкоек в институте Бехтерева. Из-за нехватки нейрохирургов в блокадном Ленинграде он работает сразу в двух госпиталях и еще консультирует в трех эвакогоспиталях, совершая под бомбежками и артобстрелами огромные пешие переходы из одного конца города в другой. Борясь с голодными обмороками, Кудрин шутил, что Гитлер ударил его по самому чувствительному месту — по желудку.

В декабре 1941 года попал под бомбежку нейрохирургический институт, в котором он заведовал отделением. Раненых, персонал и остатки оборудования перевели в здание бывшей школы. И.C. Кудрин с присущей ему энергией организовал обустройство на новом месте: перевезли автоклав и встроили его в печь, в палатах установили печи. В ту памятную зиму 1941/42 года их топили партами. Трубы вывели в окна. После войны Ивана Сергеевича хотели отдать по суд «за самовольное сожжение имущества».

В свободное от операций время И.C. Кудрин читали лекции по анатомии оставшимся в городе студентам 2-го Ленинградского медицинского института. Однажды свет погас в самом начале лекции. Затемнение по-блокадному было стопроцентным, и лекция без записей, но в абсолютной тишине продолжалась до самого конца.

В 1942 году коллектив врачей, в котором был и И.С. Кудрин, выпускает книгу «Военно-полевая хирургия». Писали книгу по заданию Ленинградского штаба обороны голодные и больные люди. Набирали и печатали ее полуживые типографские рабочие. Но книга с посвящением «С бесконечной сыновней любовью родному городу» была разослана по всем фронтам, сыграв неоценимую роль в судьбах сотен тысяч раненых.

После войны И.C. Кудрин защищает докторскую диссертацию, становится профессором и заместителем директора по учетной и научной работе Ленинградского медицинского стоматологического института. В начале 1954 года руководство страны принимает решение о переводе института в г. Калинин и его реорганизации в двухфакультетный (лечебный и стоматологический) вуз.

Подготовка, переезд и становление нового вуза составили отдельную страницу в жизни нашего города. Неуемная энергия, организаторский талант и военный опыт И.C. Кудрина сыграли при этом исключительно важную роль. Ленинградский профессорско-преподавательский состав колебался: ехать — не ехать. Кто-то соглашался на условиях «двойного гражданств», но были и отказы. Город шел навстречу ленинградцам: у старого моста на нынешней набережной А. Никитина им была выделена половина нового жилого дома.

На плечи И.C. Кудрина легли тяжкие заботы, спрессованные в короткие сроки. В Калинин переезжали три первых курса, старшие курсы оставались доучиваться на прежнем месте. Город выделил институту здание одного из учреждений МВД, из которого еще не выехали прежние хозяева. Необходимо было многое перепланировать, оборудовать и приспособить к новым условиям, подыскать клиническую базу, общежития для студентов и многое другое.

Несколько месяцев продолжалась едва ли не круглосуточная подготовительная работа. По утрам ежедневные летучки проходили во время института, затем совершались поездки на объекты в разных частях города, а после обеда сводный штаб собирался у кого-нибудь из руководителей города. Взаимопонимание было полное. Из Ленинграда прибывало оборудование, ехали люди. Студентов в тот год, как было заведено, послали в колхоз, выиграв на подготовку еще месяц. В октябре начались первые занятия. К сегодняшнему дню Тверская медицинская академия, выросшая из того института, стала одним из ведущих вузов страны.

Состоявшись как практический врач, И.C. Кудрин с не меньшей увлеченноcтью отдавался науке и педагогике. До 1970 года он был заведующим кафедрой анатомии, а затем еще шесть лет оставался при ней консультантом. Основным научными направлением исследований его кафедры являлось изучение возрастной и индивидуальной изменчивости строения нервной системы. Под его руководством выполнено 2 докторский и 13 кандидатских диссертаций. Много времени он уделял развитию стоматологической анатомии, профилированному преподаванию анатомии на стоматологическом факультете, программированному контролю. До сих пор представляют интерес его работа о спиральных структурах организма человека. Выпустил два учебника, был экспертом ВАК. К концу жизни, оборвавшейся в 19889 году, любил говорить, что отряд подготовленных им врачей насчитывает не менее 15000 человек. Целая дивизия милосердия!

Как и его знаменитый дед, И.C. Кудрин был необычайно обаятельным, чутким и доброжелательным человеком. Он любил жизнь во всех ее проявлениях: играл на скрипке, писал картины, увлекался охотой, владел несколькими иностранными языками, читал наизусть «Евгения Онегина» и собирал книги. Он притягивал к себе и сплачивал людей высокой культуры, эрудитов, поучительного жизненного опыта. Его увлеченность и познания в истории, политике, культуре несли поистине планетарный характер.

Лекции, прочитанные им об истории дуэлей Пушкина, Лермонтова, подвигах Сеславина, народном творчестве Тверской области и другие, собирали огромные аудитории в университете и клубе краеведов. Он вел активную работу в Комитете защиты мира, за что был отмечен Почетной грамотой всесоюзного уровня.

Рядом с И.C. Кудриным прошла по жизни его верный друг и спутница Тамара Петровна, тоже медик. Он любил говорить, что для совместной полувековой жизни ему достался счастливый билет. Глядя на эту хрупкую удивительную женщину, понимаешь, что тысячи спасенных в военную пору жизней и тысячи одаренных знаниями и умениями судеб надо записывать на общий счет семьи Кудриных.

Дело славной династии врачей Кудриных продолжают дети, внуки, племянники и ученики. Если правда, что каждый человек — это целый мир, то у династии Кудриных сложилась своя вселенная, которая продолжает расширяться и не боится забвения.